Стихотворение
ДЕВЯНОСТО ПЕРВЫЙ
Рейн Е. Б.
Бедная мумия спит на спине,
дымный закат в неумытом окне.
Входят «поларисы» в северный порт,
чёрный алмаз достают из реторт,
плачет на рынке последний грузин,
водку везут в нефтяной магазин.
На берегу мелководной реки
мёртвый парламент готовит полки.
Рвётся к Японии Дальний Восток,
Ротшильд в Сахаре считает песок.
Доллар танцует чарльстон в казино,
в тёмных бутылках скучает вино.
Киллер в оптический смотрит прицел,
некто задумывает передел.
Боеголовки иприт и уран
честно сливают в гранёный стакан,
пьяный таксист налегает на руль,
с воем идёт в солончак Иссык-Куль.
Спит Мастроянни в хрустальном гробу,
архистратиг поднимает трубу.
Мелко дрожит перехватчик Сухой,
Ельцин летит над бессильной страной.
Ельцин пилоту бросает: «Мерси!».
Тотчас Сухой выпускает шасси.
Лётчик вздыхает, и падает груз,
падает навзничь Советский Союз.
дымный закат в неумытом окне.
Входят «поларисы» в северный порт,
чёрный алмаз достают из реторт,
плачет на рынке последний грузин,
водку везут в нефтяной магазин.
На берегу мелководной реки
мёртвый парламент готовит полки.
Рвётся к Японии Дальний Восток,
Ротшильд в Сахаре считает песок.
Доллар танцует чарльстон в казино,
в тёмных бутылках скучает вино.
Киллер в оптический смотрит прицел,
некто задумывает передел.
Боеголовки иприт и уран
честно сливают в гранёный стакан,
пьяный таксист налегает на руль,
с воем идёт в солончак Иссык-Куль.
Спит Мастроянни в хрустальном гробу,
архистратиг поднимает трубу.
Мелко дрожит перехватчик Сухой,
Ельцин летит над бессильной страной.
Ельцин пилоту бросает: «Мерси!».
Тотчас Сухой выпускает шасси.
Лётчик вздыхает, и падает груз,
падает навзничь Советский Союз.
