Стихотворение
ЭСКИМОСЫ
Муравьёв А. Н.
Эскимос
Ревёт нахмуренное море,
Плывут громады вечных льдов;
Наш чёлн потонет — горе! горе!
Мы все — добыча злых валов.
Зачем безумные отплыли
От берегов родной земли? —
Коварным сном — нас заманили
Вы, вероломные валы!
Жена
Мой сын! мой сын! — младенец милый,
Неужли лоно хладных волн —
Тебе суждёная могила! —
И никогда твой лёгкий чёлн
Над Гроенландскими морями
Не опенит седых валов!
Ты сам — пернатыми стрелами
Не будешь ужасом китов;
Питомцы снега — наши лоси
Не разбегутся пред тобой,
И не помянут Эскимосы
Тебя за чашей круговой!
Седая ведьма — страж полночи,
Смешая бури помелом,
Для нас — ты мрак сгустила ночи
И стелешь одр на дне морском!
Эскимос
Жена! ещё одно спасенье,
Но не для всех — осталось нам;
Троих — не вынесет в волненьи
Наш утлый чёлн: конца бедам
Один из нас пусть ищет в море, —
Другой с младенцем доплывёт!
Жена
Какую мысль внушило горе!;
Но как, без нас, сын расцветёт?
Эскимос
Ты видишь: трём — смерть не избежна,
Но без меня он может жить,
Возьми ж весло рукой надежной,
Ты мать! — тебя ему любить.
Он так привык, как в колыбели,
В твоих объятьях засыпать,
В часы бушующей метели
Ты будешь сына согревать,
И сил источник несозревших —
Всосёт он с сладостным млеком!
Жена
Иль мало серн осиротевших,
С оставшимся от чад, млеком?
Но кто же, взрослого, — стрелами
Зверей научит поражать?
Отважно управлять ладьями?
Китов на берег увлекать?
С медведем белым в бой суровый —
Вступать, на плавающих льдах,
Чтобы мехов одежды новы
Развесить в радостных шатрах?
Тебе я сына поручаю,
Меня — младенцу заменяй!
Я не нужна — и утопаю!
Эскимос
Постой!
Жена
О сыне помышляй!
Эскимос
Она в волнах! — в пучине хладной
Простыл её минутный след!
Младенец плачет безотрадный:
Ах! — матери замены нет! —
Твой плач — ей песнью погребальной!
Быть может там, на дне пучин,
Раздался ей сей вопль прощальный
И мать — ещё утешил сын!
Ревёт нахмуренное море,
Плывут громады вечных льдов;
Наш чёлн потонет — горе! горе!
Мы все — добыча злых валов.
Зачем безумные отплыли
От берегов родной земли? —
Коварным сном — нас заманили
Вы, вероломные валы!
Жена
Мой сын! мой сын! — младенец милый,
Неужли лоно хладных волн —
Тебе суждёная могила! —
И никогда твой лёгкий чёлн
Над Гроенландскими морями
Не опенит седых валов!
Ты сам — пернатыми стрелами
Не будешь ужасом китов;
Питомцы снега — наши лоси
Не разбегутся пред тобой,
И не помянут Эскимосы
Тебя за чашей круговой!
Седая ведьма — страж полночи,
Смешая бури помелом,
Для нас — ты мрак сгустила ночи
И стелешь одр на дне морском!
Эскимос
Жена! ещё одно спасенье,
Но не для всех — осталось нам;
Троих — не вынесет в волненьи
Наш утлый чёлн: конца бедам
Один из нас пусть ищет в море, —
Другой с младенцем доплывёт!
Жена
Какую мысль внушило горе!;
Но как, без нас, сын расцветёт?
Эскимос
Ты видишь: трём — смерть не избежна,
Но без меня он может жить,
Возьми ж весло рукой надежной,
Ты мать! — тебя ему любить.
Он так привык, как в колыбели,
В твоих объятьях засыпать,
В часы бушующей метели
Ты будешь сына согревать,
И сил источник несозревших —
Всосёт он с сладостным млеком!
Жена
Иль мало серн осиротевших,
С оставшимся от чад, млеком?
Но кто же, взрослого, — стрелами
Зверей научит поражать?
Отважно управлять ладьями?
Китов на берег увлекать?
С медведем белым в бой суровый —
Вступать, на плавающих льдах,
Чтобы мехов одежды новы
Развесить в радостных шатрах?
Тебе я сына поручаю,
Меня — младенцу заменяй!
Я не нужна — и утопаю!
Эскимос
Постой!
Жена
О сыне помышляй!
Эскимос
Она в волнах! — в пучине хладной
Простыл её минутный след!
Младенец плачет безотрадный:
Ах! — матери замены нет! —
Твой плач — ей песнью погребальной!
Быть может там, на дне пучин,
Раздался ей сей вопль прощальный
И мать — ещё утешил сын!
