Стихотворение
ХОРОШІЕ ЛЮДИ
Вяземский П. А.
Мы, люди хорошіе, — вялы,
Въ житейскихъ дѣлахъ не дѣльцы;
Ученые мы генералы,
Но въ битвѣ плохіе бойцы.
И мало упругости въ жилахъ,
И мѣрно кровь льется въ груди;
Мы дѣйствовать сильно не въ силахъ,
А трудъ и борьба впереди.
Мы нравственно судимъ и рядимъ,
Добры мы и честны — все такъ!
Но съ жизнью никакъ мы не сладимъ,
Съ людьми не сочтемся никакъ.
Быть можетъ — мы глупы. На это
Скажу: не глупѣе другихъ;
Но умъ нашъ ходячей монетой
Не ходитъ на рынкахъ людскихъ.
Намъ общество мало въ подмогу,
А чаще перечитъ тайкомъ
И радо подставить намъ ногу,
Чтобъ объ земь мы стукнулись лбомъ.
Все совѣстно цѣнимъ и мѣримъ,
Чтобъ намъ не наткнуться на грѣхъ;
Въ себя не заносчиво вѣримъ
И вѣримъ не слѣпо въ успѣхъ.
Кажись, все обдумано зрѣло,
Въ удачѣ есть много порукъ;
А только возьмемся за дѣло —
И валится дѣло изъ рукъ.
II.
Посмотришь и выше, и ниже,
Тамъ люди, да Богъ насъ проститъ!
И правилъ какъ будто пожиже,
И честь ихъ мѣстами сквозитъ.
И совѣсть ихъ — будто съ пробѣломъ,
Что хочешь — на ней и пиши
И какъ ни ищи, а подъ тѣломъ
Не сыщешь малѣйшей души.
Но людъ все рабочій и крѣпкій,
Народъ дѣловой и къ тому-жъ
Возьмется-ль за гужъ волей цѣпкой, —
Не скажетъ онъ вамъ, что не дюжъ.
Какъ бѣсъ онъ, то крупный, то мелкій,
Чего сгоряча не сорветъ,
Тамъ дѣло искусной продѣлкой
Тайкомъ мастерски обойдетъ.
Рѣшенье любаго вопроса
У нихъ какъ по маслу течетъ;
Быть можетъ, для чуткаго носа
Отъ масла ихъ — вонью несеть.
Чтожъ дѣлать? Брезгливость не въ пору
И люди, и жизнь не изъ розъ,
А главное дѣло, — чтобъ въ гору
Встащить свой навьюченный возъ.
На это — народъ сей не промахъ
И всюду, провалъ ихъ возьми!
Хитеръ онъ и счастливъ въ пріемахъ
Съ судьбою, собой и людьми.
Онъ съ недругомъ сладитъ и съ другомъ,
Судьба, какъ ни царствуй сама, —
"Покорная имъ ко услугамъ",
Какъ въ подписи дамской письма.
И каждый усердно имъ служитъ
И прямо съ огня имъ на столъ
Таская каштаны, не тужитъ,
Что самъ на-тощакъ онъ и голъ.
III.
Есть въ людяхъ сословье и третье:
Въ нихъ жажда и жадность хвалы;
Средь прочихъ — они междометье,
То есть: не добры и не злы.
Въ числѣ ихъ особенныхъ качествъ,
Во первыхъ замѣтьте одно:
Даръ много затѣять дурачествъ
И вѣрить, что выйдетъ умно.
Они помѣшались на благѣ,
Добра опоилъ ихъ дурманъ;
Для пользы легко ихъ отвагѣ .
Верхомъ переплыть океанъ.
Призванье ихъ: зла уничтожить,
Чтобъ не былъ ни бѣдный, ни плутъ,
И такъ всѣ блаженства размножить,
Что горя — проси, не дадутъ.
Оракулы мудрой науки
Чуть скажутъ: да будетъ — и есть;
Лишь стоитъ перо дать имъ въ руки
Да бѣлой бумаги хоть десть,
Испишутъ всю въ мелкія строчки;
Запишется такъ ихъ рука,
Что звѣзды хватаетъ, что бочки
Намъ птичьяго дастъ молока.
Одинъ политической частью
Особенно умъ распалилъ:
Міръ за-ново личною властью
Креститъ онъ въ купели чернилъ.
Европу по своему дѣлитъ;
На все свой аршинъ, свой компасъ;
Куда онъ перомъ ни прицѣлитъ,
Тамъ выскочитъ кукла какъ разъ.
Германіи пестро-лоскутной
Далъ цвѣтъ онъ единый и пластъ,
Далъ Пруссіи флотъ сухопутный,
А послѣ — моря онъ ей дастъ.
Россію, incognita terra,
Ворочать ему ни по чемъ;
Проектъ за проектомъ и мѣра
За мѣрой кипятъ подъ перомъ.
Въ проектѣ ей каждый по лептѣ
Приноситъ — чѣмъ счастья добыть,
И если здоровье въ рецептѣ,
То какъ ей здоровой не быть?
Врачи многопишущей шайкой
Рецептами кормятъ ее,
И знахарь тайкомъ съ ворожайкой
Ей шепчутъ лекарство свое.
Другой же — по нравственной части,
Взялся человѣческій родъ
Сберечь отъ порока и страсти
И прочихъ житейскихъ невзгодъ;
Ягненочка съ волкомъ, какъ съ ровней,
Бокъ-о-бокъ въ рѣкѣ напоить.
А что и того баснословнѣй:
Людей межъ собой согласить;
Въ законахъ, гонясь не за буквой,
Всѣ руки на все развязать
И если нѣтъ денегъ, — то клюквой
Съ народа налоги сбирать.
А тоже — хорошіе люди;
Но умъ ихъ маленьво въ бѣгахъ:
Палятъ изъ бумажныхъ орудій,
Плывутъ на бумажныхъ судахъ —
И вѣрятъ, что сдастся имъ крѣпость,
Что берегъ у нихъ подъ рукой;
Что имъ ни приснись за нелѣпость, —
Хотятъ ей дать образъ живой.
И хлопая глупо ушами,
Глаза растараща и ротъ,
Пророковъ въ нихъ видя, толпами
Кругомъ ихъ тѣснится народъ.
Ихъ росказнямъ вѣритъ онъ слѣпо;
За быль небылицы идутъ;
Предъ тѣмъ, что до нельзя нелѣпо,
Тутъ слюнки ихъ слаще текутъ.
Морочить людей, ихъ дурачить,
Имъ пылью глаза закидать —
Есть способъ: сперва озадачить,
Чтобъ тамъ ихъ вѣрнѣй осѣдлать.
Не вѣрится правда простая,
А вѣрятъ въ кудрявую ложь;
За нею гоняясь и лая,
Народъ съ той собакою схожъ,
Которая (помните притчу?)
Роняетъ, что держитъ въ зубахъ,
Прельстившись въ рѣкѣ на добычу,
Мелькнувшую тѣнью въ струяхъ.
IV.
Куда ни посмотришь — все то же:
Въ однихъ — чуть не всѣхъ признаю.
Но кто же, о Господи Боже!
Воздѣлаетъ ниву твою?
Кто въ почву благую посѣетъ
Благія твои сѣмена?
Кто жатвой управить съумѣетъ,
Когда подоспѣетъ она?
Гдѣ твердые мыслью и дѣломъ?
Гдѣ чистые свѣтлой душой,
Готовые въ подвигѣ смѣломъ
Пожертвовать братьямъ собой?
Готовые съ ревностью скромной
Быть нынче, какъ были вчера,
Пчелой незамѣтной и темной
Въ общественныхъ ульяхъ добра?
Быть колосомъ въ общей запашкѣ,
И помня народный глаголъ,
Быть ниткою съ міра въ рубашкѣ
Тому, кто и бѣденъ и голъ?
Ищу съ фонаремъ Діогена;
Сдается, — вотъ встрѣчу, авось!
Людей чередуется смѣна, —
А свѣчки задуть не пришлось.
Въ житейскихъ дѣлахъ не дѣльцы;
Ученые мы генералы,
Но въ битвѣ плохіе бойцы.
И мало упругости въ жилахъ,
И мѣрно кровь льется въ груди;
Мы дѣйствовать сильно не въ силахъ,
А трудъ и борьба впереди.
Мы нравственно судимъ и рядимъ,
Добры мы и честны — все такъ!
Но съ жизнью никакъ мы не сладимъ,
Съ людьми не сочтемся никакъ.
Быть можетъ — мы глупы. На это
Скажу: не глупѣе другихъ;
Но умъ нашъ ходячей монетой
Не ходитъ на рынкахъ людскихъ.
Намъ общество мало въ подмогу,
А чаще перечитъ тайкомъ
И радо подставить намъ ногу,
Чтобъ объ земь мы стукнулись лбомъ.
Все совѣстно цѣнимъ и мѣримъ,
Чтобъ намъ не наткнуться на грѣхъ;
Въ себя не заносчиво вѣримъ
И вѣримъ не слѣпо въ успѣхъ.
Кажись, все обдумано зрѣло,
Въ удачѣ есть много порукъ;
А только возьмемся за дѣло —
И валится дѣло изъ рукъ.
II.
Посмотришь и выше, и ниже,
Тамъ люди, да Богъ насъ проститъ!
И правилъ какъ будто пожиже,
И честь ихъ мѣстами сквозитъ.
И совѣсть ихъ — будто съ пробѣломъ,
Что хочешь — на ней и пиши
И какъ ни ищи, а подъ тѣломъ
Не сыщешь малѣйшей души.
Но людъ все рабочій и крѣпкій,
Народъ дѣловой и къ тому-жъ
Возьмется-ль за гужъ волей цѣпкой, —
Не скажетъ онъ вамъ, что не дюжъ.
Какъ бѣсъ онъ, то крупный, то мелкій,
Чего сгоряча не сорветъ,
Тамъ дѣло искусной продѣлкой
Тайкомъ мастерски обойдетъ.
Рѣшенье любаго вопроса
У нихъ какъ по маслу течетъ;
Быть можетъ, для чуткаго носа
Отъ масла ихъ — вонью несеть.
Чтожъ дѣлать? Брезгливость не въ пору
И люди, и жизнь не изъ розъ,
А главное дѣло, — чтобъ въ гору
Встащить свой навьюченный возъ.
На это — народъ сей не промахъ
И всюду, провалъ ихъ возьми!
Хитеръ онъ и счастливъ въ пріемахъ
Съ судьбою, собой и людьми.
Онъ съ недругомъ сладитъ и съ другомъ,
Судьба, какъ ни царствуй сама, —
"Покорная имъ ко услугамъ",
Какъ въ подписи дамской письма.
И каждый усердно имъ служитъ
И прямо съ огня имъ на столъ
Таская каштаны, не тужитъ,
Что самъ на-тощакъ онъ и голъ.
III.
Есть въ людяхъ сословье и третье:
Въ нихъ жажда и жадность хвалы;
Средь прочихъ — они междометье,
То есть: не добры и не злы.
Въ числѣ ихъ особенныхъ качествъ,
Во первыхъ замѣтьте одно:
Даръ много затѣять дурачествъ
И вѣрить, что выйдетъ умно.
Они помѣшались на благѣ,
Добра опоилъ ихъ дурманъ;
Для пользы легко ихъ отвагѣ .
Верхомъ переплыть океанъ.
Призванье ихъ: зла уничтожить,
Чтобъ не былъ ни бѣдный, ни плутъ,
И такъ всѣ блаженства размножить,
Что горя — проси, не дадутъ.
Оракулы мудрой науки
Чуть скажутъ: да будетъ — и есть;
Лишь стоитъ перо дать имъ въ руки
Да бѣлой бумаги хоть десть,
Испишутъ всю въ мелкія строчки;
Запишется такъ ихъ рука,
Что звѣзды хватаетъ, что бочки
Намъ птичьяго дастъ молока.
Одинъ политической частью
Особенно умъ распалилъ:
Міръ за-ново личною властью
Креститъ онъ въ купели чернилъ.
Европу по своему дѣлитъ;
На все свой аршинъ, свой компасъ;
Куда онъ перомъ ни прицѣлитъ,
Тамъ выскочитъ кукла какъ разъ.
Германіи пестро-лоскутной
Далъ цвѣтъ онъ единый и пластъ,
Далъ Пруссіи флотъ сухопутный,
А послѣ — моря онъ ей дастъ.
Россію, incognita terra,
Ворочать ему ни по чемъ;
Проектъ за проектомъ и мѣра
За мѣрой кипятъ подъ перомъ.
Въ проектѣ ей каждый по лептѣ
Приноситъ — чѣмъ счастья добыть,
И если здоровье въ рецептѣ,
То какъ ей здоровой не быть?
Врачи многопишущей шайкой
Рецептами кормятъ ее,
И знахарь тайкомъ съ ворожайкой
Ей шепчутъ лекарство свое.
Другой же — по нравственной части,
Взялся человѣческій родъ
Сберечь отъ порока и страсти
И прочихъ житейскихъ невзгодъ;
Ягненочка съ волкомъ, какъ съ ровней,
Бокъ-о-бокъ въ рѣкѣ напоить.
А что и того баснословнѣй:
Людей межъ собой согласить;
Въ законахъ, гонясь не за буквой,
Всѣ руки на все развязать
И если нѣтъ денегъ, — то клюквой
Съ народа налоги сбирать.
А тоже — хорошіе люди;
Но умъ ихъ маленьво въ бѣгахъ:
Палятъ изъ бумажныхъ орудій,
Плывутъ на бумажныхъ судахъ —
И вѣрятъ, что сдастся имъ крѣпость,
Что берегъ у нихъ подъ рукой;
Что имъ ни приснись за нелѣпость, —
Хотятъ ей дать образъ живой.
И хлопая глупо ушами,
Глаза растараща и ротъ,
Пророковъ въ нихъ видя, толпами
Кругомъ ихъ тѣснится народъ.
Ихъ росказнямъ вѣритъ онъ слѣпо;
За быль небылицы идутъ;
Предъ тѣмъ, что до нельзя нелѣпо,
Тутъ слюнки ихъ слаще текутъ.
Морочить людей, ихъ дурачить,
Имъ пылью глаза закидать —
Есть способъ: сперва озадачить,
Чтобъ тамъ ихъ вѣрнѣй осѣдлать.
Не вѣрится правда простая,
А вѣрятъ въ кудрявую ложь;
За нею гоняясь и лая,
Народъ съ той собакою схожъ,
Которая (помните притчу?)
Роняетъ, что держитъ въ зубахъ,
Прельстившись въ рѣкѣ на добычу,
Мелькнувшую тѣнью въ струяхъ.
IV.
Куда ни посмотришь — все то же:
Въ однихъ — чуть не всѣхъ признаю.
Но кто же, о Господи Боже!
Воздѣлаетъ ниву твою?
Кто въ почву благую посѣетъ
Благія твои сѣмена?
Кто жатвой управить съумѣетъ,
Когда подоспѣетъ она?
Гдѣ твердые мыслью и дѣломъ?
Гдѣ чистые свѣтлой душой,
Готовые въ подвигѣ смѣломъ
Пожертвовать братьямъ собой?
Готовые съ ревностью скромной
Быть нынче, какъ были вчера,
Пчелой незамѣтной и темной
Въ общественныхъ ульяхъ добра?
Быть колосомъ въ общей запашкѣ,
И помня народный глаголъ,
Быть ниткою съ міра въ рубашкѣ
Тому, кто и бѣденъ и голъ?
Ищу съ фонаремъ Діогена;
Сдается, — вотъ встрѣчу, авось!
Людей чередуется смѣна, —
А свѣчки задуть не пришлось.