23Стихотворение
ОТ ЗНАКОВ МИГ
Хармс Д. И.
Морковь (вылетая из земли):
Я задыхаюсь в этих кучах,
Дай на воздухе побегаю.
Сорок лет жила я в бучах,
Не дружна была я с негою.
Корни в землю уходили на много вёрст.
Ой, помогите же мне из ямы вылезти на траву,
Дайте мне возможность посчитать блага народов.
Что-то силен турков ропот,
Немцев с ангелами прерыкания.
Слышу я французов опыт
Земледельческих расчётов,
Англичан возмущение за травлю быка.
В лодке смерти возмущение
Заставило путника от смеха держаться за бока.
Тут русских дела чище,
К ним я кинусь учить азбуки.
Не сложна времён корзинка,
Быстрые формулы заменят нам иные способы передвижения.
Всех сын:
Корень, вырази видение твоих праотцов,
Им тучные гряды навеяли пророчество.
Многолетнее безделие развило в них способность угадывать завтра.
Ты, пасынок подземных жрецов,
Помнишь наверно мосты древних песней.
Не говорится ли в них о нашествии геометрических знаков?
Мне это всех вопросов интересней.
Морковь:
Как же, как же,
Совершенно неслучайно
Значки вырабатываются правительствами.
Пятиконечную звезду никто не станет вешать вверх ногами,
И плотник сам не ведает больших дел своего труда.
Однако я спешу туда,
Где свет вгоняет гвозди в лоб.
Всех сын:
Я за тобой помчусь,
Ленивая дочь гряд.
Смотри над облаками
Летим с тобой подряд.
Сына пожалей.
Подари меня улыбкой,
Из веревочки налей
Слезу пущенную глыбкой.
Тут нет сомнения о случаях земного верчения.
Она летит вокруг солнечного шара
Без малейшего трения. В кольцах пожара
Гибнут мирные домики.
Я вижу зонтик стоит на верхушке меркурия
Это житель, человек иных условий,
Он дышит лентами и всю жизнь размышляет о вилке.
Морковь:
Не завидую, не завидую.
Уж лучше в земле монахиней сидеть.
Всех сын:
Ага,
Вот проблеск земножительницы ума.
Сидела б в грядке ты кума.
Морковь:
Скорей беги ко мне на подмогу
Илья, веник чуговой!
Пустим вверх его ко богу,
Поднимает пусть он вой.
Хорошо говорить о правилах,
Пробыв на поверхности земли с рождения.
Тебе голубок сравнивать-то не с чем.
Всех сын:
Смотри морковь, наш спор затянется.
Ты сама ведь знаешь только одну сторону дела.
Ты когда-нибудь в глаза горы глядела?
Морковь:
Глядения лебеди слишком ничтожны,
И слуха корзины совсем не цари.
О чувствах я не говорю! О чувствах я не говорю!
Ни осязание, ни вкус,
Ни обоняние, ни слух,
Ни зрение, ни орхидея
Не спасут тебя вертопраха-злодея.
Осязание:
Моя лошадка плюговата,
Я то кумир, то вата.
Обоняние:
Мой тетерев сопляк,
Я ландыш, дереву земляк.
Добегу до глотки рьяно,
Начинаю излучать там
Волны синие буяна.
Возбуждение бежит по мачтам
В центр мозговой.
Голос дружит с иеговой.
Слух и зрение:
Мы дочери лета
Болонки балета
Карты шоколадного пистолета.
Всех сын:
Пройдёт над миром пчела сладости,
Переживёт всех нас дух радости.
Не вы ли, чудная морковь,
Спешите в нашу кровь
Увеселить биенье жил?
Я двадцать пять лет палкой жил,
Не зная слов владычества.
Христос однажды спас язычество
От нападения воздушных раков.
А я спасусь от пяти чувств
И от нашествия геометрических знаков.
Морковь:
Удаляюсь в край нетах,
Ваше здравие в летах,
Повторяю каждый миг.
Не сводите с неба книг.
Все.
8-10 мая 1931
Я задыхаюсь в этих кучах,
Дай на воздухе побегаю.
Сорок лет жила я в бучах,
Не дружна была я с негою.
Корни в землю уходили на много вёрст.
Ой, помогите же мне из ямы вылезти на траву,
Дайте мне возможность посчитать блага народов.
Что-то силен турков ропот,
Немцев с ангелами прерыкания.
Слышу я французов опыт
Земледельческих расчётов,
Англичан возмущение за травлю быка.
В лодке смерти возмущение
Заставило путника от смеха держаться за бока.
Тут русских дела чище,
К ним я кинусь учить азбуки.
Не сложна времён корзинка,
Быстрые формулы заменят нам иные способы передвижения.
Всех сын:
Корень, вырази видение твоих праотцов,
Им тучные гряды навеяли пророчество.
Многолетнее безделие развило в них способность угадывать завтра.
Ты, пасынок подземных жрецов,
Помнишь наверно мосты древних песней.
Не говорится ли в них о нашествии геометрических знаков?
Мне это всех вопросов интересней.
Морковь:
Как же, как же,
Совершенно неслучайно
Значки вырабатываются правительствами.
Пятиконечную звезду никто не станет вешать вверх ногами,
И плотник сам не ведает больших дел своего труда.
Однако я спешу туда,
Где свет вгоняет гвозди в лоб.
Всех сын:
Я за тобой помчусь,
Ленивая дочь гряд.
Смотри над облаками
Летим с тобой подряд.
Сына пожалей.
Подари меня улыбкой,
Из веревочки налей
Слезу пущенную глыбкой.
Тут нет сомнения о случаях земного верчения.
Она летит вокруг солнечного шара
Без малейшего трения. В кольцах пожара
Гибнут мирные домики.
Я вижу зонтик стоит на верхушке меркурия
Это житель, человек иных условий,
Он дышит лентами и всю жизнь размышляет о вилке.
Морковь:
Не завидую, не завидую.
Уж лучше в земле монахиней сидеть.
Всех сын:
Ага,
Вот проблеск земножительницы ума.
Сидела б в грядке ты кума.
Морковь:
Скорей беги ко мне на подмогу
Илья, веник чуговой!
Пустим вверх его ко богу,
Поднимает пусть он вой.
Хорошо говорить о правилах,
Пробыв на поверхности земли с рождения.
Тебе голубок сравнивать-то не с чем.
Всех сын:
Смотри морковь, наш спор затянется.
Ты сама ведь знаешь только одну сторону дела.
Ты когда-нибудь в глаза горы глядела?
Морковь:
Глядения лебеди слишком ничтожны,
И слуха корзины совсем не цари.
О чувствах я не говорю! О чувствах я не говорю!
Ни осязание, ни вкус,
Ни обоняние, ни слух,
Ни зрение, ни орхидея
Не спасут тебя вертопраха-злодея.
Осязание:
Моя лошадка плюговата,
Я то кумир, то вата.
Обоняние:
Мой тетерев сопляк,
Я ландыш, дереву земляк.
Добегу до глотки рьяно,
Начинаю излучать там
Волны синие буяна.
Возбуждение бежит по мачтам
В центр мозговой.
Голос дружит с иеговой.
Слух и зрение:
Мы дочери лета
Болонки балета
Карты шоколадного пистолета.
Всех сын:
Пройдёт над миром пчела сладости,
Переживёт всех нас дух радости.
Не вы ли, чудная морковь,
Спешите в нашу кровь
Увеселить биенье жил?
Я двадцать пять лет палкой жил,
Не зная слов владычества.
Христос однажды спас язычество
От нападения воздушных раков.
А я спасусь от пяти чувств
И от нашествия геометрических знаков.
Морковь:
Удаляюсь в край нетах,
Ваше здравие в летах,
Повторяю каждый миг.
Не сводите с неба книг.
Все.
8-10 мая 1931