Стихотворение
ОТЕЦ
Барыкова А. П.

Порок и нищета, — два страшных кузнеца, —
Двух каторжников этих на цепь приковали.
Он — пил и бил ее; и оба голодали,
И не предвиделось мученьям их конца.

Она жила с ним, — с пьяным (не ужасно ль это?), —
Лишь потому, что страшно было ночевать
На улице зимой, и мерзнуть, и блуждать
В потемках, как собака... Страшно ждать рассвета
В клоповнике, в кутузке... А потом в тюрьму,
В рабочий дом итти...
Она пошла к нему.
И вот они живут давно как муж с женою,
Как волк с волчицею — вернее... И покою
Соседям не дают их драки по ночам.
Прошлявшись целый день по мерзким кабакам,
Пропитанный весь ядом водки или пива,
Приходит он домой, — голодный, — без гроша;
Она его встречает злобно и сварливо;
И бешеный как зверь, от гнева чуть дыша,
Бросается он к ней...
Их крики, брань, рыданья
Мешают честным людям мирно почивать.
Под утро — все смолкает. Страшное молчанье:
"Убил, — должно быть?.."
Нет, он рядом на кровать
С избитой грязной самкой дружно повалился
И пьяным поцелуем с нею помирился.

Раз как-то в декабре, — суровою зимой,
В день безработицы — голодный и ненастный —
У этих двух людей ребеночек несчастный
Родился, — худенький и хилый, — но живой.
Мать в тряпки старые его запеленала,
Кормила тощей грудью, на руках качала
И все ждала отца.
Он пропадал два дня, —
И наконец пришел, опухший с перепою
И весь оборванный. Она, с усмешкой злою,
Ему сказала грубо:
— "Что же, бей меня!..
Или всю силу пропил? Залил злобу водкой?..
Пора! Давно не бил... Хорош пришел — хорош!..
Ну, что ж ты осовел? Я жду. Зачем не бьешь?"

А он смотрел на сына радостно и кротко,
И слезы капали из воспаленных глаз;
Он словно пробудился, — в жизни в первый раз;
Он умолял прощенья взглядом отупелым
И тихо, — голосом дрожащим и несмелым, —
Как может на суде преступник отвечать,
Сказал ей:
— "Я боюсь ребенка испугать".