Стихотворение
ПАЛЬМА. ИЗ МЕДО ПУЧИЧ
Бенедиктов В. Г.
На верблюде вдоль пустыни мчится
Чернолицый всадник. Он от жара
Еле дышит, жаждой он томится:
Жжет его песчаная Сахара.
Солнопеку средь езды тяжелой
Он открыт, как на ладони голой,
Но привычен Измаила сын, —
Всё вперед стремится бедуин.
Едет, едет... Помолиться надо:
10 "Могаммед-Сурула! — он взывает. —
Там, в раю, среди молитв, прохлада
Сладко веет и, струясь, сверкает
Ток жемчужный; гурии там верных
Ждут для неги..." И утех безмерных
Жажда жжет его больную грудь —
И мечтой он облегчает путь.
Вдруг — то призрак или милость божья? —
Дерево — он видит — к высям неба
Тянется, густое, от подножья;
20 А кругом — поля и всходы хлеба.
Вот — источник, нега и прохлада
Льется в сердце, возле дремлет стадо.
Караван пристал тут. Оживлен,
Про кальян и кофе мыслит он.
Стройное оазов порожденье,
Пальма! чад пустыни ты лелеешь,
Жилами корней своих скрепленье
Почве ты даешь, прохладой веешь;
От чумы храня струю потока,
30 Бережешь былинку от припека,
Испокон веков даруя плод,
Всё еще людской ты любишь род.
Пальма, ты, и в сербское поморье
Заглянув, в нем робко поселилась
И — хоть север дует в междугорье —
На скалах средь терний вкоренилась;
Но здесь рост твой невысок бывает,
В холоду твой плод не дозревает,
Внесена для тщетной красоты,
40 Никому здесь не полезна ты.
Много есть в саду родного края
Чуждых зелий, корни их широки,
Из тебя они, земля родная,
Лучшие вытягивают соки.
Что за прок, что в вербную неделю
Твой алтарь украсят и постелю
Эти зелья? Благовонный цвет
Кстати ль там, куска где хлеба нет?
Прочь от иноземщины! Бог каждой
50 Дал земле что нужно на потребу,
Чтоб туземцы голодом и жаждой
Не томились, — благодарность небу!
Каждому простой свой корм всегдашний
По нутру и мил свой быт домашний.
Бархат, сласти... Тот не дорожит
Ими, кто за соколом следит!
Сербский край! умом, красою, силой
И могучей речью ты от бога
Наделен, чтоб в мире славно было
60 Племя сербов. Отвергая строго,
Что плетет хитро немецкий разум,
Не тянись к египетским оазам;
Покажи родной свой миру плод, —
Все пусть видят твой юнацкий род!
В слепоте мутят наш мир злочинцы,
Совести разорваны все узы;
Крест нам смяли греки и латинцы,
Честь, науку — немцы и французы;
Вера ж всё чиста в тебе святая,
70 И, душой как золотом блистая,
Ты внимай лишь сердцу в дни тревог —
И с тобой пребудет вечно бог!
Чернолицый всадник. Он от жара
Еле дышит, жаждой он томится:
Жжет его песчаная Сахара.
Солнопеку средь езды тяжелой
Он открыт, как на ладони голой,
Но привычен Измаила сын, —
Всё вперед стремится бедуин.
Едет, едет... Помолиться надо:
10 "Могаммед-Сурула! — он взывает. —
Там, в раю, среди молитв, прохлада
Сладко веет и, струясь, сверкает
Ток жемчужный; гурии там верных
Ждут для неги..." И утех безмерных
Жажда жжет его больную грудь —
И мечтой он облегчает путь.
Вдруг — то призрак или милость божья? —
Дерево — он видит — к высям неба
Тянется, густое, от подножья;
20 А кругом — поля и всходы хлеба.
Вот — источник, нега и прохлада
Льется в сердце, возле дремлет стадо.
Караван пристал тут. Оживлен,
Про кальян и кофе мыслит он.
Стройное оазов порожденье,
Пальма! чад пустыни ты лелеешь,
Жилами корней своих скрепленье
Почве ты даешь, прохладой веешь;
От чумы храня струю потока,
30 Бережешь былинку от припека,
Испокон веков даруя плод,
Всё еще людской ты любишь род.
Пальма, ты, и в сербское поморье
Заглянув, в нем робко поселилась
И — хоть север дует в междугорье —
На скалах средь терний вкоренилась;
Но здесь рост твой невысок бывает,
В холоду твой плод не дозревает,
Внесена для тщетной красоты,
40 Никому здесь не полезна ты.
Много есть в саду родного края
Чуждых зелий, корни их широки,
Из тебя они, земля родная,
Лучшие вытягивают соки.
Что за прок, что в вербную неделю
Твой алтарь украсят и постелю
Эти зелья? Благовонный цвет
Кстати ль там, куска где хлеба нет?
Прочь от иноземщины! Бог каждой
50 Дал земле что нужно на потребу,
Чтоб туземцы голодом и жаждой
Не томились, — благодарность небу!
Каждому простой свой корм всегдашний
По нутру и мил свой быт домашний.
Бархат, сласти... Тот не дорожит
Ими, кто за соколом следит!
Сербский край! умом, красою, силой
И могучей речью ты от бога
Наделен, чтоб в мире славно было
60 Племя сербов. Отвергая строго,
Что плетет хитро немецкий разум,
Не тянись к египетским оазам;
Покажи родной свой миру плод, —
Все пусть видят твой юнацкий род!
В слепоте мутят наш мир злочинцы,
Совести разорваны все узы;
Крест нам смяли греки и латинцы,
Честь, науку — немцы и французы;
Вера ж всё чиста в тебе святая,
70 И, душой как золотом блистая,
Ты внимай лишь сердцу в дни тревог —
И с тобой пребудет вечно бог!