Стихотворение
ПОСЛЕДНИЕ
Рейн Е. Б.

Когда уже все вымели под плешь,
а остальное затаилось в норах,
был, кажется, еще один мятеж —
и где? В университетских коридорах.

Явились трое, выставясь рядком,
бунтарски потоптавшись по-российски,
накрывшись бумазеей и рядном,
они хлебали квас из ржавой миски.

Один плясал громоздко чересчур,
другой овечий переблеял голос,
вопили: "дыр бул щил и убещур",
и "в животе у нас чертовский голод".

А третий дылда, стриженный ежом,
сгубивший вскоре гений и рассудок,
химическим спешил карандашом
на лбу оставить сдвинутый рисунок.

А некто причитал, что быть беде,
а этих переписывал на месте,
и добродушно дом НКВД
приветствовал последнее известье.

Никто не верил собственным глазам,
и потому не принимали меры:
"Быть может свыше? Может это сам?",
и зашустрили по углам химеры.

Зиял незнаньем свежий "Правды" лист,
и потому не знающий про это,
в смертельном страхе, лучший футурист
глядел ревниво с позднего портрета.