Стихотворение
РАДОСТЬ
Хармс Д. И.

Мыс афилей:
Не скажу, что
И в чём отличие пустого разговора
От разговора о вещах текучих
И, даже лучше, о вещах такого рода,
В которых можно усмотреть
Причину жизни, времени и сна.
Сон — это птица с рукавами.
А время — суп, высокий, длинный и широкий.
А жизнь — это времени нога.
Но не скажу, что можно говорить об этом,
И в чём отличие пустого разговора
От разговора о причине
Сна, времени и жизни.
Да, время — это суп кручины,
А жизнь — дерево лучины,
А сон — пустыня и ничто.
Молчите.
В разговоре хоть о чём-нибудь
Всегда присутствует желанье
Сказать хотя бы что-нибудь.
И вот, в корыто спрятав ноги,
Воды мутные болтай.
Мы, весёлые, как боги,
Едем к тёте на алтай.

Тётя:
Здравствуй, здравствуй,
Путьша пегий,
Уж не ты ли, путник, тут
Хочешь буквам абевеги
Из чернил приделать кнут?
Я — старуха, ты — плечо,
Я — прореха, ты — свеча.
То-то будет горячо,
Коли в ухо мореча!

Мыс афилей:
Не вдавайтесь,
А вдавейтесь,
Не пугайтесь,
А пугейтесь.
Всё настигнет естега:
Есть и гуки, и снега.

Тётя:
Ну ползи за воротник.
Ты родник и ты крутник.

Мыс афилей:
А ты, тётя, не хиле,
Ты микука на хиле.

Тётя:
Врозь и прямо и вседней,
Мокла радости видней.
Хоть и в библи был потоп,
Но не тупле, а котоп.

Мыс афилей:
Хваду гл?Вла говори.
Кто, — сказали, — главари?
Медень в оципе гадай
Или <нрзб.>

Тётя:
Я — старуха без очков,
Не видать мне пятачков, —
Вижу в морде бурачок, —
Ну так значит — пятачок!

Мыс афилей:
Ты, старуха, не виляй,
Коку-маку не верти,
Покажу тебе — гуляй! —
Будешь киснуть взаперти.
Где контыль? И где монтыль?
Где двудлинная мерла?

Тётя (трясясь):
Ой-де, люди, не бундыль,
Я со страху померла.

Мыс афилей (доставая карандаш):
Прочь, прочь, прочь!
Отойди,
Тётя, радости река,
Наземь вилы поклади!
Пожалейте моряка.

Тётя:
Ты не ври и не скуври,
Вижу в жиле шушность я,
Ты мой дух не оскверни,
Потому что скушность я.

Мыс афилей:
Потому что скушность я.

Тётя:
Е, еда мне ни к чему:
Ешь, и ешь, и ешь, и ешь.
Ты подумай, почему
Вс? Земное — плешь и грешь?

Мыс афилей (подхватывая):
Это верно, плешь и грешь!
Когда спишь, тогда не ешь,
Когда ешь, тогда не спишь,
Когда ходишь, то гремишь,
А гремишь, — так и бежишь.
Но варенье — не еда,
Сунешь ложку в рот, глядишь —
Надо сахару.
Беда!

Тётя:
Ты, гордыни печенег,
Полон ласки, полон нег,
Приласкай меня за грудь,
Только сядем где-нибудь.

Мыс афилей:
Дай мне руку и цветок,
Дай мне зубки и свисток,
Дай мне ножку и графин,
Дай мне брошку и парафин.

Тётя:
Ляг и спи, и види сон,
Будто в поле ходит слон,
Нет! Не слон, а доктор булль,
Он несёт на палке нуль,
Только это уж не по-,
Уж не поле и не ле-,
Уж не лес и не балко-,
Не балкон и не чепе-,
Не чепец и не свинья, —
Только ты да только я.

Мыс афилей:
Ах, как я рад и как счастлив,
Тётя, радости река,
Тётя, слива между слив,
Пожалейте моряка.

Тётя:
Ну, влепи мне поцелуйчик
Прямо в соску и в ноздрю,
Мой бубенчик, херувимчик,
На коленки посади,
Сбоку шарь меня глазами,
А руками позади.

Мыс афилей:
Это, тётя — хм! — чудная
Осенила тебя мысль.
Что ты смотришь, как даная,
Мне в глаза, ища блаженство,
Что твердишь ты мне: "одна я
Для тебя пришла с вершины
Сан-бернара...- тьпфу! — алтая,
Принесла тебя аршином..."

Тётя:
Ну аршины, так аршины,
Ну с вершины, так с вершины.
Дело в том, что я нагая.
Любит кто тебя другая?

Мыс афилей:
Да, другая, и получше,
И получше, и почище,
Посвежей и помоложе!

Тётя:
Боже! Боже! Боже! Боже!

Мыс афилей (переменив носки):
Ты сама пойми, — я молод,
Молод, свеж, тебе не пара,
Я ударю, будто молот,
Я дышу — и много пара.

Тётя:
Я одна дышу, как рота,
Но в груди моей мокрота,
Я ударю, как машина,
Куб навылет в пол-аршина.

Мыс афилей:
Верно, вижу, ты упряма,
Тётя, радости река,
Тётя, мира панорама,
Пожалейте моряка.

Тётя:
Погляди — ведь я, рыдая,
На коленях пред тобой,
Я как прежде, молодая,
С лирой в пальцах и с трубой.

Мыс афилей (прыгая от радости):
То-то радости поток!
Я премудрости моток!

11 ноября 1930