Стихотворение
РИМСКАЯ ЭЛЕГИЯ (ГЁТЕ. XII)
Тургенев И. С.

Слышишь? веселые клики с фламинской дороги несутся:
Идут с работы домой в дальнюю землю жнецы.
Кончили жатву для римлян они; не свивает
Сам надменный квирит доброй Церере венка.
Праздников более нет во славу великой богини,
Давшей народу взамен жёлудя — хлеб золотой.
Мы же с тобою вдвоем отпразднуем радостный праздник.
Друг для друга теперь двое мы целый народ.
10 Так ты слыхала не раз о тайных пирах Элевзиса:
Скоро в отчизну с собой их победитель занес.
Греки ввели тот обряд: и греки, всё греки взывали
Даже в римских стенах: "К ночи спешите святой!"
Прочь убегал оглашенный; сгорал ученик ожиданьем,
Юношу белый хитон — знак чистоты — покрывал.
15 Робко в таинственный круг он входил: стояли рядами
Образы дивные; сам — словно бродил он во сне.
Змеи вились по земле; несли цветущие девы
Ларчик закрытый; на нем пышно качался венок
Спелых колосьев; жрецы торжественно двигались — пели...
20 Света — с тревожной тоской, трепетно ждал ученик.
Вот — после долгих и тяжких искусов, — ему открывали
Смысл освященных кругов, дивных обрядов и лиц...
Тайну — но тайну какую? не ту ли, что тесных объятий
Сильного смертного ты, матерь Церера, сама
25 Раз пожелала, когда свое бессмертное тело
Всё — Язиону царю ласково всё предала.
Как осчастливлен был Крит! И брачное ложе богини
Так и вскипело зерном, тучной покрылось травой.
Вся ж остальная зачахла земля... забыла богиня
30 В час упоительных нег свой благодетельный долг.
Так с изумленьем немым рассказу внимал посвященный;
Милой кивал он своей... Друг, о пойми же меня!
Тот развесистый мирт осеняет уютное место...
Наше блаженство земле тяжкой бедой не грозит.