Стихотворение
СЕННААР
Андреев Д. Л.
Меж горьких трав в равнинах шелестел
Горячий ветр пустынного Аккада,
Крепя орало, темный пахарь пел,
Нагой пастух гнал к водопою стадо.
Волы мычали. Медленно быки
Переступали по размытой глине,
Клубился пар над отмелью реки,
И уходил по травяной пустыне.
Когда же ввечеру волшебница Истар
Расплещет вГсини дрожь змеящегося смеха,
Я молча прохожу, спокоен, мудр и стар,
По бурой площади утихшего Эрэха.
Вечерних литургий еще звучат везде
Напевы хмурые; клубятся благовонья,
Жрецы поют, к пастушеской звезде
Молитвенно воздев ладони,
Ведут к закланью тесной чередой
Откормленных тельцов сквозь пенье и кажденье,
И обещают вновь воздвигнуть пред зарей
Бесчисленные всесожженья.
Евфрат навстречу мне вздыхает, чуть звеня...
Пересекаю мост — вся ночь луной объята, —
И восхожу один по строгим ступеням
На белые, как сон, террасы зиккурата.
Равнина вся во мгле. Внизу двоит река
Созвездий и костров пастушьих трепетанье,
А здесь — от лунных струн в груди звенит тоска
Небесной синевы старинное алканье.
Горячий ветр пустынного Аккада,
Крепя орало, темный пахарь пел,
Нагой пастух гнал к водопою стадо.
Волы мычали. Медленно быки
Переступали по размытой глине,
Клубился пар над отмелью реки,
И уходил по травяной пустыне.
Когда же ввечеру волшебница Истар
Расплещет вГсини дрожь змеящегося смеха,
Я молча прохожу, спокоен, мудр и стар,
По бурой площади утихшего Эрэха.
Вечерних литургий еще звучат везде
Напевы хмурые; клубятся благовонья,
Жрецы поют, к пастушеской звезде
Молитвенно воздев ладони,
Ведут к закланью тесной чередой
Откормленных тельцов сквозь пенье и кажденье,
И обещают вновь воздвигнуть пред зарей
Бесчисленные всесожженья.
Евфрат навстречу мне вздыхает, чуть звеня...
Пересекаю мост — вся ночь луной объята, —
И восхожу один по строгим ступеням
На белые, как сон, террасы зиккурата.
Равнина вся во мгле. Внизу двоит река
Созвездий и костров пастушьих трепетанье,
А здесь — от лунных струн в груди звенит тоска
Небесной синевы старинное алканье.

1