Стихотворение
ШАХТА № 3
Матусовский М. Л.
Здесь, наверно, и был их последний привал.
Та же степь расстилалась, не зная предела,
Тот же ветер порывистый с ног их сбивал,
Та же старая шахта протяжно гудела.
Так же брезжил в степи невеселый рассвет
И река огибала прибрежные мели.
Сыновья Краснодона, шестнадцати лет,
Эти мальчики плакать уже не умели.
Те же птицы в деревьях кричали с утра,
И над шахтой стояла песчаная вьюга.
Здесь они и прошли — от стены до копра,
На последнем пути подбодряя друг друга.
Вот тропа, по которой ребята брели,
Спотыкаясь, шатаясь от каждого шага...
Всюду вереск, он вырос в песке и в пыли,
На вершине холма и на склоне оврага.
Он взобрался на выступы угольных скал,
На забытой дороге пророс в беспорядке,
Он под ржавыми рельсами путь отыскал,
Он пробился сквозь трещины каменной кладки.
В поле тихо и пусто — зови не зови,
Только ветер шумит на обрывистом склоне.
Есть поверье, что вереск растет на крови.
Сколько вереска видели мы в Краснодоне!
Та же степь расстилалась, не зная предела,
Тот же ветер порывистый с ног их сбивал,
Та же старая шахта протяжно гудела.
Так же брезжил в степи невеселый рассвет
И река огибала прибрежные мели.
Сыновья Краснодона, шестнадцати лет,
Эти мальчики плакать уже не умели.
Те же птицы в деревьях кричали с утра,
И над шахтой стояла песчаная вьюга.
Здесь они и прошли — от стены до копра,
На последнем пути подбодряя друг друга.
Вот тропа, по которой ребята брели,
Спотыкаясь, шатаясь от каждого шага...
Всюду вереск, он вырос в песке и в пыли,
На вершине холма и на склоне оврага.
Он взобрался на выступы угольных скал,
На забытой дороге пророс в беспорядке,
Он под ржавыми рельсами путь отыскал,
Он пробился сквозь трещины каменной кладки.
В поле тихо и пусто — зови не зови,
Только ветер шумит на обрывистом склоне.
Есть поверье, что вереск растет на крови.
Сколько вереска видели мы в Краснодоне!
