Стихотворение
СТЕПЬ. ИЗ БОГДАН ЗАЛЕСКИЙ
Бенедиктов В. Г.
Травы, травы и бурьян
Зеленеют, шума полны.
Это — степь. Вдали курган,
За курганом словно волны.
Это — взрытый, многомолвный
Твой, Украина, океан,
Где казак нырял, таился,
Плавал в зелени и бился.
Здравствуй, славный ряд гробов!
Сердце шлет тебе приветы!
Здесь лилась родная кровь,
Гул стоял на все поветы...
Табунам твоим — нет сметы,
Не сочтешь твоих волов,
Вол же каждый, туком пронят,
В благовонном море тонет.
Над тобой — лазурный свод,
Реет в нем весь мир крылатый.
Вот — орел-знаменщик! Вот
И сокол, боец пернатый!
Тут и силой небогатый,
Но певучий род ведет
Свой напев тысячеклирный,
Что звучит молитвой мирной.
Степи, степи! — мы срослись!
Мать одна у нас вдовица —
Мы ведь кровные. Всмотрись:
Сходно думны наши лица,
Да и дума — нам сестрица.
Те же ей черты дались,
Что с таинственностью грустной
Дышат речью неизустной.
Слух за музыкой следит.
Гуслевая, рассыпная —
Не поймешь, отколь гудит,
Томность, дикость в ней степная,
Эта музыка родная
Замогильно говорит.
Эти ноты в гуле, в шуме —
Не под лад ли нашей думе?
Дума, дума! — ты жива!
Здесь так вольно, так раздольно,
Что вразлет летят слова;
Голове же что-то больно...
Натерпелись мы довольно, —
Освежится ль голова?
Дума! пусть бы нам с тобою
Степь дана была судьбою!
Зеленеют, шума полны.
Это — степь. Вдали курган,
За курганом словно волны.
Это — взрытый, многомолвный
Твой, Украина, океан,
Где казак нырял, таился,
Плавал в зелени и бился.
Здравствуй, славный ряд гробов!
Сердце шлет тебе приветы!
Здесь лилась родная кровь,
Гул стоял на все поветы...
Табунам твоим — нет сметы,
Не сочтешь твоих волов,
Вол же каждый, туком пронят,
В благовонном море тонет.
Над тобой — лазурный свод,
Реет в нем весь мир крылатый.
Вот — орел-знаменщик! Вот
И сокол, боец пернатый!
Тут и силой небогатый,
Но певучий род ведет
Свой напев тысячеклирный,
Что звучит молитвой мирной.
Степи, степи! — мы срослись!
Мать одна у нас вдовица —
Мы ведь кровные. Всмотрись:
Сходно думны наши лица,
Да и дума — нам сестрица.
Те же ей черты дались,
Что с таинственностью грустной
Дышат речью неизустной.
Слух за музыкой следит.
Гуслевая, рассыпная —
Не поймешь, отколь гудит,
Томность, дикость в ней степная,
Эта музыка родная
Замогильно говорит.
Эти ноты в гуле, в шуме —
Не под лад ли нашей думе?
Дума, дума! — ты жива!
Здесь так вольно, так раздольно,
Что вразлет летят слова;
Голове же что-то больно...
Натерпелись мы довольно, —
Освежится ль голова?
Дума! пусть бы нам с тобою
Степь дана была судьбою!
