Стихотворение
УМЫВАЯ РУКИ
Иванов А. А.
Я по разбойникам спец, по шпане.
Белая бурка с кровавым подбоем...
Все-таки нужно трудиться и днем.
Вдруг ухмыльнусь над пустой сковородкой —
как я под вечер
пойду за конем
шаркающей кавалерийской походкой.
Владимир Урусов
Плащ белоснежный, кровавый подбой,
шаркающей кавалерийской походкой
вышел,
с отвисшею нижней губой,
римский наместник в тунике короткой.
Вмиг воцарилась вокруг тишина
и задрожали поджилки у трусов.
Страшно Пилат закричал:
«Эй, шпана!
Кто тут из вас стихотворец Урусов?»
Все промолчали. Он крикнул раз пять,
тут как всегда отыскался иуда:
«Вот он! Как бог сочиняет...
Распять!
Спасу уж нет от словесного блуда!»
Я, если правду сказать, приуныл.
Так и распнут ведь с убийцами вместе...
Понтий, как водится, руки умыл
и, уходя, обронил:
«Много чести!..»
Белая бурка с кровавым подбоем...
Все-таки нужно трудиться и днем.
Вдруг ухмыльнусь над пустой сковородкой —
как я под вечер
пойду за конем
шаркающей кавалерийской походкой.
Владимир Урусов
Плащ белоснежный, кровавый подбой,
шаркающей кавалерийской походкой
вышел,
с отвисшею нижней губой,
римский наместник в тунике короткой.
Вмиг воцарилась вокруг тишина
и задрожали поджилки у трусов.
Страшно Пилат закричал:
«Эй, шпана!
Кто тут из вас стихотворец Урусов?»
Все промолчали. Он крикнул раз пять,
тут как всегда отыскался иуда:
«Вот он! Как бог сочиняет...
Распять!
Спасу уж нет от словесного блуда!»
Я, если правду сказать, приуныл.
Так и распнут ведь с убийцами вместе...
Понтий, как водится, руки умыл
и, уходя, обронил:
«Много чести!..»
