Стихотворение
ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ТРЕХМЕРНЫЙ УМ ПО ТРЕМ КООРДИНАТАМ...
Андреев Д. Л.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Трехмерный ум по трем координатам,
Как юркий гном, взбирается, скользя:
Лишь широта, лишь глубь и вышина там,
И между прутьев выглянуть нельзя.
Он мысль влачит змеящимся канатом
Вверх за собой — и в том его стезя:
Стезя тугой, испытанной науки,
Шаг тормозящей у любой излуки.
И мы читаем том за томом: столп,
Монбланы книг о том, что было ране!
Про нужды царств, борьбу голодных толп,
О скуке рынков и безбожьи браней;
Счет родословных; благонравный толк
То об одном, то о другом тиране,—
И все душней, отчаяннее всем
От голых фактов и от тощих схем.
Приходит миг — и светоносец-даймон
Вдруг полоснет по серой мгле времен
Своим лучом,—и пусть лишь по окраинам
Луч пробежит, но, грозно озарен,
Предстанет нам с лицом необычайным
Гигант один, гигант другой,— и трон
Таких колоссов и левиафанов,
Что вздрогнет ум, в сплошные «иксы» канув.
Громоздкий факт, что грезился уму
Фундаментом, плитой краеугольной,
Пустым чехлом окажется... К нему
Остынет мысль и в дерзости невольной
Оборотится в воющую тьму,
В кипящий космос многоцветных молний,
К слоям других материй — в рай и в ад.
Двух, сорока, двухсот координат.
Метаистория! Вот — слово им,
Слоям, мирам, пучинам инозначным!
В одних найдешь — тех, кто Христом водим,
В других — исчадий, страшных, как палач, нам,
И если ты прочел здесь «серафим»
Иль разобрал весть о Друккарге мрачном —
Сумей в словах учесть глубинный смысл,
Несоразмерный строю букв и числ.
И если я твержу о дивном браке
Пресветлой Навны с Яросветом — жди,
Чтоб дух созрел — прочесть в условном знаке
Блистанье дней, встающих впереди.
Религии—лишь трепет свеч во мраке...
О, сверхрелигия! Мир ждет! Гряди!
И счастлив тот, чей смертный взор нащупал
Издалека твой лучезарный купол.
1955—1958
Владимир — Горячий Ключ
Трехмерный ум по трем координатам,
Как юркий гном, взбирается, скользя:
Лишь широта, лишь глубь и вышина там,
И между прутьев выглянуть нельзя.
Он мысль влачит змеящимся канатом
Вверх за собой — и в том его стезя:
Стезя тугой, испытанной науки,
Шаг тормозящей у любой излуки.
И мы читаем том за томом: столп,
Монбланы книг о том, что было ране!
Про нужды царств, борьбу голодных толп,
О скуке рынков и безбожьи браней;
Счет родословных; благонравный толк
То об одном, то о другом тиране,—
И все душней, отчаяннее всем
От голых фактов и от тощих схем.
Приходит миг — и светоносец-даймон
Вдруг полоснет по серой мгле времен
Своим лучом,—и пусть лишь по окраинам
Луч пробежит, но, грозно озарен,
Предстанет нам с лицом необычайным
Гигант один, гигант другой,— и трон
Таких колоссов и левиафанов,
Что вздрогнет ум, в сплошные «иксы» канув.
Громоздкий факт, что грезился уму
Фундаментом, плитой краеугольной,
Пустым чехлом окажется... К нему
Остынет мысль и в дерзости невольной
Оборотится в воющую тьму,
В кипящий космос многоцветных молний,
К слоям других материй — в рай и в ад.
Двух, сорока, двухсот координат.
Метаистория! Вот — слово им,
Слоям, мирам, пучинам инозначным!
В одних найдешь — тех, кто Христом водим,
В других — исчадий, страшных, как палач, нам,
И если ты прочел здесь «серафим»
Иль разобрал весть о Друккарге мрачном —
Сумей в словах учесть глубинный смысл,
Несоразмерный строю букв и числ.
И если я твержу о дивном браке
Пресветлой Навны с Яросветом — жди,
Чтоб дух созрел — прочесть в условном знаке
Блистанье дней, встающих впереди.
Религии—лишь трепет свеч во мраке...
О, сверхрелигия! Мир ждет! Гряди!
И счастлив тот, чей смертный взор нащупал
Издалека твой лучезарный купол.
1955—1958
Владимир — Горячий Ключ

1